Ресторан «МариVanna» — это секретное место, куда можно зайти в любое время и встретить близких людей

Мариванна о мороженом

О бене! Джелато густо! Белиссимо!

Шатались мы с дочерьми по прекрасной Италии. И в каждом городе-городке, в каждой Мадонной забытой деревушке в горах, где живут-то три козы и четыре замшелых деда в алых шелковых спортивных костюмах, где воздух можно резать ломтями и продавать на вес – на центральной площадюшке площадью с гостиную в иной ленинградской квартире, непременно найдешь три лавки. Табакки, она же кафетерия, она же газетный киоск, она же место, где можно купить марки, заплатить штраф, отправить письма и встретить Джованни и Пьетро. Панифиция, она же пастисерия (иными словами, продают хлеб и макароны), она же деревенская лавка, где можно купить яйца, ветчину, собачий корм, стиральный порошок и встретить Марию и Клару. И джелатерия. Да, там дают мороженое.

Внуки мои быстро пополнили ряды голоногих рагацци, каждый попавший в руки центик просаживающих в мороженице.

- Уно коно джелато ваниле кон чоколато пер ме прего синьор! - выучили они без запинки. Синьор (или синьора, хотя чаще это все же синьор), обычно заговорщически ухмылялся и добавлял карамельный сироп или маленькую вафельку в качестве, так сказать, комплементо, за счет заведения.

И каким узнаванием, каким дежавю, каким мементо мори наполняли (и наполняют) меня эти итальянские поселковые мороженицы! Один, много два, каменных столика с исцарапанной и слегка липкой столешницей. Железные креманки на ножке. Железные ванночки для джелато ванилле, джелато чоколато, джеллато мелоне, фрутти ди боско, этцетера. Аппарат для коктейлей и свежих соков за спиной у синьора мороженщика. Деловитые мухи, нервно бегающие по стеклу витрины и гоняемые мухобойкой либо полотенцем. Можно съесть здесь, можно купить на вынос – хочешь в капо (бумажном стаканчике), хочешь в коно (вафельном рожке). Скамеечка на улице у входа – садись, лижи, откусывай, болтай ногами. Присадки – карамельный сироп, шоколадный сироп, малиновый сироп, вафельки, ореховая крошка, тертый шоколад. Тот самый тертый шоколад! Я сама видела, как синьор тер на большой терке здоровенный кусок шоколада, предварительно отломав его от гигантской шоколадины, похожей на дверь.

- Жадина-говядина, пустая шоколадина! Жадина-говядина, соленый огурец. На полу валяется, никто ее не ест!

На полу в мороженицах моего детства часто можно было найти копеечку. Не знаю, почему. Может быть прохладная расслабляющая атмосфера кафе-мороженого располагала к ротозейству и люди переставали тщательно следить за деньгами. Но было известно – если очень хочется мороженого, но не хватает пары копеек, поищи в трех местах – у пивного ларька, у кассы в метро или собственно на полу в мороженице.

-Я первая увидела!

- Увидела-увидела, а что же не взяла? Глядки не считаются, копеечка моя!

- Жадина-говядина, пустая… - и далее по тексту.

Когда мы разрушали нашу обветшавшую страну, мы очень хотели жить по-другому, по-новому, по-передовому, как в Европе. Чтобы у нас были торговые центры и макдаки, баскины и роббинсы, а все отстойное, застойное, совковое, пошло бы с парохода истории прямо ко дну. И вот теперь, путешествуя по Европе, я наслаждаюсь непередаваемым ароматом настоящей советской мороженицы. В котором смешались запахи разлитого по стойке кофе и булькающего, мешающегося в волшебном железном стакане молочного коктейля. Запах слегка подкисшей тряпки, которой стирают разводы мороженого с мраморных столов, и даже как будто бы собственный запах круглой железной ложки для шариков, отмокающей в пустом лоточке с водой. Запах намытых кафельных полов, разных одеколонов (лето же!) и немного разных потов, запах пудры от тетеньки, пришедшей с дяденькой и мальчиком есть мороженое, запах свежей газеты дяденьки, и даже запах очков и шахмат от мальчика в синих сатиновых трусах и белой рубашке-пионерке.

И входящий с улицы в раскрытую дверь пыльный и вольный, насквозь пропитанный солнцем запах городского лета.

Почему они все исчезли, закрылись, демонтировались, превратились в магазины «Адидас» или «Ароматный Мир», «Носки Трусы» или «Очки Часы», «Трикотаж из Белоруссии», «Все по 38», «Престиж-бутик»? Почему мои внуки, когда мы с ними летними днями гуляем по городу, тянут меня:

- Ба, давай мороженого! Пошли в макдак!

Умные люди скажут, что все потому, что у нас такой плохой климат. И лето – не то, что в Италии, где даже старички носят белые сандалеты, красные шелковые трусы и очки а-ля Челентано – лето у нас стоит всего каких-нибудь три дня. И потому держать мороженицы в эпоху рынка у нас нерентабельно, нереально. Гораздо разумнее открыть блинную, или пельменную, или рюмочную, или вообще салон красоты для кошек и собак.

Может быть.

Но именно в те три дня, когда в Ленинграде стоит настоящее лето, и цветут цветы в вазонах, и плывут кораблики, и дремлют львы, лениво развалившись на солнце, и всем хочется надеть белые сандалеты и дымчатые очки, и есть это лето горстями, ломтями, прятать по карманам, шкафам, запасать на зиму – в эти дни мне страшно не хватает старых ленинградских морожениц.

И я завидую ни о чем не подозревающим итальянцам.


Создание сайта — «Анисайт»


© 2009 «GinzaProject»